Когда-то у Чхартишвили (Акунина), в его замечательной книге «Писатель и самоубийство», я вычитал, что в странах, где исповедуется индуизм, процент суицидов практически равен нулю. Действительно, довольно бессмыленно убивать себя из-за чего-то, с чем снова столкнёшься в своей последующей жизни. То есть, даже таким радикальным способом от проблемы не уйти, её придётся, так или иначе, решать.
С похожей ситуацией сталкивается героиня «Матрёшки», 36-летняя Надя Вулвакова, гейм-программист с внешностью и голосом молодой Аллы Пугачёвой, ершистым характером и вагоном вредных привычек. На вечеринке в честь её дня рождения, она попадает во временную петлю, которая заставляет гибнуть её снова и снова разными способами. То машина собьёт, то с лестницы, бедная, упадёт, короче - то понос, то золотуха (не пугайтесь, про понос в фильме ни кадра, это так, к слову пришлось). Надя ходом событий напугана, но встречает его с присущим ей сарказмом и чёрным юмором. Тем не менее, проблему решать надо, но чтобы её решить, надо сначала понять как, и почему всё это, собственно, с ней происходит. В этом ей помогает, неожиданно встреченный, перфекционист Алан, страдающий обсессивно-компульсивным расстройством, которого в этот злополучный вечер бросает девушка.
Удивительно, что только спустя почти 30 лет кто-то решил заново перепридумать наивно-оптимистический «День сурка», ставший мировой кино-классикой ламповых 90-х, и перенести его в мир среднестатистических жителей мегаполиса, людей за 30, с неподъемным жизненным багажом разочарований, грехов, неврозов и прочих душевных травм и болячек. Начинаясь как задорная чёрная комедия, «Матрёшка» по ходу повествования всё больше погружаясь в головы главных героев, превращается в драму. Да, в какой-то степени это картина о том, что свои чердаки всё же надо когда-то разгребать, выпроваживая оттуда, живущих там демонов.
Матрёшка, с философской точки зрения, идеальный образ для этого сериала, по сути это такой «кот Шрёдингера» - мёртвая внутренняя пустота должна родить новую, живую версию себя.