Земля в меловом периоде. Часть 2.
Несмотря на то, что динозавры появились ещё в триасовом периоде, наибольшего расцвета они достигли в меловом. «Доисторическая планета» далеко не первый сериал, который концентрируется на третьем периоде эпохи мезозой, но примечательным её делает использование наиболее поздних данных палеонтологических исследований. Даже в XXI веке мы нередко представляем доисторический мир монструозным, хотя на самом деле в мезозое, как и сейчас, велась обычная межвидовая борьба за выживание и борьба со стихией.
Именно взаимодействию со стихией в основном и посвящена «Доисторическая планета». Сериал позволяет нам убедиться, что в определённый временной интервал жизнь текла размеренно, почти как в наши дни. Маастрихтский век (последний этап мелового периода) по своим характеристикам уже приближался к кайнозойской эре, и состав его фауны можно рассортировать как минимум на те группы, которые показаны в этом сериале: обитатели морей, пустынь, пресных вод, заснеженных районов и лесов. Все локации созданы в виртуальном пространстве, и реалистичность происходящего во многих сценах не уступает диснеевскому «Королю льву» (2019). Особенно радует, что рассказчиком выступает Дэвид Аттенборо, а в русской версии озвучивает Николай Дроздов.
Использование самых новых (на момент премьеры) исследований позволяет зрителям увидеть такие реконструкции животных, которые наконец-то перешагнули устаревшие экранизации «Парка юрского периода». Зритель удивится, увидев тираннозавра и тарбозавра не свирепыми убийцами, а заботливыми родителями, гадрозавров покорителями пустыни, а птерозавров животными со сложной организацией поведения. Наиболее интересный взгляд представлен, пожалуй, на мононика, который в теории действительно мог использовать своё оперение с такой необычной целью.
Однако стоит признать, что кое в чём «Доисторическая планета» уступает «Прогулкам с динозаврами» и другим сериалам о мезозойской жизни. Не беда, что тут показан только поздний меловой период, но странно, что автор рассказывает не обо всех животных. Почему-то он стесняется произнести слово «архелон», называя его просто черепахой. О том, что завропод из третьей серии является рапетозавром, зритель тоже должен догадываться сам. Обиднее всего за членистоногих: насекомые, скорпионы и крабы показаны здесь как бы между прочим, с минимальным вниманием. А что мешало рассказать зрителям, что, например, древнейшее ископаемое гнездо термитов было найдено как раз в позднемеловых отложениях?
Огорчает и то, что общий состав фауны в сериале выглядит очень прибеднённым. Ни одной акулы, ни одного крокодила и – что особенно странно – ни одного птичьего динозавра, за вычетом брезгливо упомянутых энанциорнисовых птиц. Ещё удивительнее, что, стремясь показать гигантских завропод, сериал не упоминает аламозавров, которые превосходили в размерах даже аргентинских дредноутов. Млекопитающие тоже обделены вниманием, а ведь они в маастрихте по сути решали будущее планеты, ведь от их выживания зависело и появление человека в будущем.
Серия «Побережья», которая, по идее, должна была стать самой красивой, по итогу оказалась самой мультяшной. Сцена с туарангизаврами возле водопада смотрится на уровне «Планеты динозавров», хотя между сериалами разница в одиннадцать лет и нескольких миллионах долларов бюджета.
Наконец, имеются некоторые ошибки, которые удивляют сильнее всего. Во-первых, непонятно, что здесь делает велоцираптор, который вымер в более раннем кампанийском веке. Заменой мог бы выступить адазавр, обитавший и в нужном месте, и в нужное время. Во-вторых, непонятно, зачем кетцалькоатля «отправили» в южную Африку, где не был найден ни он сам, ни какие-либо другие аждархиды. В-третьих, иногда в кадре появляются клёны, которые эволюционировали не в мезозое, а только в палеоцене. Знатоки ботаники, вероятно, найдут и другие ошибки, связанные с растениями.
Таким образом, «Доисторической планете» очень не хватает размаха. Это великолепно, что сериал показывает точные реконструкции животных, но был шанс рассказать и показать больше.
9 из 10