Красивое и эмоциональное приключение для сердца, которое начинает сбоить при подключении головы
Как мне показалось, впечатления от этого определенно оригинального и самобытного аниме, если не радикально, то весьма существенно будут отличаться от просмотра головой или сердцем.
Если не вникать в детали и отдаться на милость потока, то это может стать потрясающе красивым и безумно эмоциональным приключением про память, дружбу, взросление, расставание с детством и умение отпускать прошлое. В таком режиме сюжет работает не столько через нарратив, сколько через атмосферу — щемящее чувство утраты и нежелание прощаться с тем, что ещё недавно было центром вселенной. Это знакомо каждому и не требует пространных объяснений.
Визуально фильм особенно близок постсоветскому зрителю: типовая панельная пятиэтажка из 60-х и район в целом — буквально сестра-близнец хрущёвской застройки. Насколько однородна ностальгия по такой эстетике, судить не берусь, но лично у меня эта близость вызвала очень эмоциональные флешбеки.
Само путешествие при всей сюрреалистичности на удивление интуитивно понятно. Да, за пределами японского культурного кода в деталях могут возникать вопросы, но глобальная механика, идеи и смысл образов и локаций считываются вполне.
Поэтому если вам нравятся сказки, которые делают акцент на эмоции и не особо утруждают себя сведением внутренних причинно-следственных связей, то далее лучше не читать, т. к. по себе знаю, что копание во внутренних механиках истории может радикально сказаться на её восприятии.
Если же вы изначально настроены на просмотр головой, то с историей уже не так всё радужно. Да, она по-прежнему красива и эмоциональна, и к её глобальному нарративу вопросов не возникает. Но вот в деталях целостный поток начинает напоминать скорее лоскутное одеяло, фрагменты которого соединены между собой весьма и весьма условно, а местами откровенно манипулятивно.
В первую очередь бросается в глаза, что в тела 11-летних детей помещены ментально куда более взрослые персонажи. До начала переходного возраста родители по определению — центр вселенной, даже если ребёнок злится. Развод переживается как потеря опоры, а не как «я — причина». Вина перед умершим дедушкой — конкретное чувство («я не сказал ему то-то»), а не экзистенциальное («я не смог помочь»). А показанное здесь — уже уровень психики 14–15-летнего подростка.
Далее ближе к середине аниме становится заметна глобальная сырость сюжетной конструкции. Относительно простое и линейное приключение длится почти два часа, но что зритель получает помимо визуала и центральной драматической арки? Ничего. Правила мира подразумеваются. Понятно, что в сюжете их некому внятно сформулировать, и не факт, что в пространстве дрейфа это возможно, кроме вектора движения и пункта назначения. Но даже в рамках ассоциативной логики можно сформулировать если не правила, то закономерности. Здесь же — чистая абстракция, или, скорее, недосказанность: где-то «там» спасение, а буквально вниз — забвение. Всё.
Следом встаёт вопрос — кто все эти персонажи и зачем они тут? Если слить воду, то стержень истории — это взаимодействие четырёх персонажей, один из которых на момент начала дрейфа уже мертв, а другой принадлежит миру духов. Однако помимо них в истории есть ещё четверо детей, которые выполняют роль массовки. При просмотре «сердцем» такое решение безусловно усиливает атмосферу, ведь групповой дрейф определенно эффектнее, но в активном режиме просмотра они воспринимаются как сюжетная сырость. Из этих четверых только одна раз за разом повторяет мантру про Диснейленд, которая интегрирована в сюжет, а остальные в лучшем случае «принеси-подай-не-мешай».
Но даже если принять этих четверых как массовку и не требовать от них большего, сюжет всё равно не выстраивается в единый поток. Он банально не может определиться, какую логику использовать: ассоциативную, где правит бал логика сна и всё держится на эмоциональных рифмах, или причинно-следственную, где при всей сюрреалистичности происходящего последовательно развивается внятная драма. А тут — «Да!». Правила мира оставим за скобками, поэтому интерпретируйте как хотите, но при этом очевидно сюрреалистичное пространство наполняется внятными причинно-следственными связями, которые опираются на рояли в кустах.
Тут можно возразить — но это же детский фильм! О каких вообще сложносочинённых конструкциях может идти речь?! Резонно, но тогда откуда в нём эта взрослая оптика? Выше уже было про несоответствие ментального и физического возраста, а если развить мысль — это аниме о детях, но не для детей. Его эмоциональное ядро — травма развода, вина, невысказанная любовь — темы для взрослых. Дети здесь — не зрители, а инструмент ностальгии: их лица и возраст нужны не для того, чтобы передать детский опыт растерянности на пороге перехода, а для того, чтобы взрослый зритель узнал в них себя. Это не столько подмена детского взрослым, сколько детские образы в воспоминаниях взрослой психики; но ощущение манипулятивности никуда не исчезает — по мере развития сюжета оно только нарастает.
В результате мне, как зрителю, любящему сюрреализм и абстракции, аниме показалось хоть и безусловно красивым, но сыроватым в части развития истории. Костяк и атмосфера оригинальны, вопросов нет — но если в том виде, как есть, фильм подрезать под 90 минут, сфокусировавшись на драматической арке, то сюжетная сырость ушла бы на второй план и воспринималась бы как вполне резонная недосказанность, открывающая поле для интерпретации. А так — особенно вторая половина — история ощущается рыхлой, из-за чего любой режим просмотра начинает спотыкаться о нагромождение идей, часть из которых визуализируется, а часть прямо проговаривается.
За примером того, как подобный материал мог бы работать, далеко ходить не надо: предыдущая работа Хироясу Исиды «Тайная жизнь пингвинов». Герою там так же около 10–12 лет, и длится она почти те же два часа, но по атмосфере, глубине и тону — другая весовая категория. Если не знать последовательность выхода тайтлов, можно с уверенностью предположить, что «Плавучий дом» — проба пера в полнометражной анимации: фирменный почерк виден, но детали сыроваты. А «Пингвины» — уже результат работы над ошибками.
Резюмируя: «Плавучий дом» — это красивый, атмосферный и местами очень трогательный фильм, который определённо затачивался под просмотр «сердцем». Если для вас в истории эмоция важнее логики и при просмотре условного «Хатико» у вас не возникает вопросов к деталям, то смотрите смело. Но если вы такой же занудный зритель, как я, и так же не можете выключить голову там, где она не нужна, — история хоть и не радикально, но начинает плыть. Но и в таком режиме это не провал, а скорее сыроватая, но обаятельная работа, которая хромает и в ритме, и в деталях. И всё же при всех придирках она определённо заслуживает внимания как оригинальное пограничное путешествие.
7 из 10