Телевизионная бельгийская драма 1993-го года и, одновременно, замечательная история любви. Простая, но добрая и душевная. Кино, которое одинаково полезно будет посмотреть как детям, так и их родителям. При всем при этом оно начисто лишено каких-то напыщенных морализаторских идей, и не тыкает в лицо проблемами «отцов и детей», а показывает эти самые проблемы как бы ненавязчиво, сохраняя при этом целостость и многогранность сюжета и характеры персонажей.
Главный герой этой истории – 11-ти летний Людовик. Он учится в хорошей школе, живет в хорошем доме и, кажется, его жизнь начисто лишена невзгод и волнений. Во всем она, кажется, хороша, кроме одного – мальчика не покидает щемящее чувство одиночества как следствие того, что родители почти не занимаются им. На фоне этого развивается трогательная история первой, и такой невинной детской любви.
Решив по возможности правдоподобно показать мир 11-ти летнего мальчика кинематографисты выбрали, кажется, самую классическую тему любви и вечно актуальную «тургеневскую» тему. И не прогадали. Это кино и сейчас смотрится с большим интересом, особенно, учитывая тот факт, что с тех пор, на самом деле, мало что изменилось. Не вдаваясь в «стариковские» разговоры про то, что дети рано начинают взрослеть, можно сказать, что это самое взросление совершенно очаровательного главного героя тут показано по-максимуму невинно и осторожно.
Это касается в том числе и сцены первого неумелого сексуального опыта, снятой очень красиво и целомудренно. Любовь героев тут не переходит киношные рамки дозволенного и очень удачно дополняет общую картину повествования.
Совсем противоположное – в хорошем смысле слова «тяжеловесное» впечатление, оставляет линия взаимоотношений мальчика и его родителей. Авторы рубят правду-матку и этим самым достигают той самой необходимой психологческой глубины, благодаря которой в полной мере можно прочувствовать эту историю.
… «тонкую» и душевную, правдивую и актуальную, грустную и забавную, трогательную и проникновенную. Тут, кажется, нету совсем ничего лишнего. А главное, что тот самый Мир, вынесенный в название ленты, ощущаешь и чувствуешь по-настоящему. Пусть и на какие-то полтора часа.
У одиннадцатилетнего Людовика были папа и мама, славный дом с окнами от пола до потолка, отдельная комната набитая престижными игрушками, модные шмотки и завидная электроника, расставленная по просторным шкафам, кажется, он не знал отказа ни в чём, только у него не было родителей.
Не было, потому, что, обеспечив достаток сына, супруги полагали, что он сам займёт свой досуг, пока они будут решать свои проблемы, сетуя и недоумевая, отчего мальчик так настойчиво вмешивается в их дела, считая, что обеспеченный ребёнок должен быть по определению счастлив и жить нетребовательно, без затей.
Всё смешалось, когда Людо познакомился с очаровательной Софи, жившей ожиданиями встречи с вечно разъезжающим по командировкам деловым отцом, по-дружески готовой разделить с приятелем его грусть и тоску, незаметно привязываясь друг к другу, вовсе не задумываясь над тем, что они друг для друга и похоже ли это на первую любовь.
Незамутнённая чистота и доверчивая открытость чувств, притяжение двух сердец в зеркально распахнутом взгляде маленьких актёров, роднящая близость переживаний, перетекающая в романтическую повесть, где детскую радость испытывают на взрослый разрыв, обрекая на мучительные страдания неопытных и растерянных юных душ.
Утончённая история о невнимательности старших и отчаянной решимости молодых, об ошибках, опыте и цене, которую приходится за них заплатить. Без уловок, внятно и конкретно, через долгие мытарства беглецов и, окрашенное намёками сомнительное знакомство со странным фотографом.
Тонкости сюжета потребовалась осторожная деликатность нескольких ответственных, пограничных с откровенными сцен, без чего картина не имела бы той психоэмоциональной глубины и честности, которые обеспечивает безбоязненная актёрская свежесть и шарм двух молодых людей. Пожалуй, даже трёх – чудаковатый немногословный братец Софи, по большей части гримасничая, решительно вмешивается в запутанный расклад, примеривая на себя гротесковую роль спасительной судьбы, рядящейся в одежды вдумчивого паренька, понимающего намного больше, чем может показаться на первый взгляд.
Кино с лёгкими отсветами Ромео и Джульетты, где детали можно интерпретировать как балконную сцену и даже своеобразную постель, кино беззастенчиво открытое и обнажено нервное, кино о первом чувстве, запутавшемся в череде преград.
Очаровательность пацана, раскованность девчонки, какой-то тончайший эротизм и одновременно невинность в отношениях покоряют буквально влёт. А несколько довольно пикантных сцен, снятых весьма целомудренно, только добавляют очарования и магнетизма. Всё вместе составляет чудный и ароматный коктейль из ощущений, фантазий, да и просто эстетического наслаждения от некоторой сюрреалистичности происходящего на экране.
Проблема 'отцов и детей', совсем не детская любовь 12 летних героев, безразличие внешнего мира, хрупкость отношений, попытки суицида и психушка, счастье прикосновений - и всё это через призму восприятия очаровательного и славного мальчишки. Не случайно фильм называется 'Мир Людовика'...