В кинематографе – будь то комедии, боевики или фантастика - есть такие канонические произведения, по которым сверяются все другие фильмы. Хотим мы того или нет, но, к примеру, все последующие версии «Трех мушкетеров» будут сравниваться с версией 1961 года Бернара Бордери, а психологические детективы – с «Птицами» Хичкока.
Так и любой фильм в жанре исторического детектива, посвященный послевоенному периоду, обречен на сравнение с говорухинским «Местом встречи…» и «Ликвидацией» Урсуляка. «Художник» не избежал этой участи. Всё – декорации, костюмы, манеры поведения героев – все прошло через фильтр сравнения. Буквально с первых минут начинаешь считать допущенные небрежности и неточности: парадные погоны на повседневной военной форме – во-первых, новые хромовые сапоги на освобожденных из немецких лагерей военнопленных – во-вторых, белоснежные пятки и ступни у тех же военнопленных, коробка конфет в Москве 1944 года у оперативника, спешащего на свидание, пиво рекой в той же Москве – в третьих, четвертых и пятых. Необмятые костюмы героев – только что из пошивочного цеха, сытые холеные лица, бороды из барбершопа у цыган. Плюс плохой грим у Устюгова и многих других актеров. И сразу перед глазами Машков, Высоцкий, Конкин, Маковецкий – все такие НАСТОЯЩИЕ.
Если в «Месте встречи» бандиты ездят на старой хлебовозке, Фокс в ресторан - на «Студебеккере» а оперативники на виды видавшем автобусике, то в «Художнике» и те и другие - на блестящих лаком ретро –автомобилях( похоже - арендованных съемочной группой на какой-то очередной выставке понтов). Причем, и те и другие ездят кавалькадами. А если уж и появляется у бандитов хлебовозка, то –новенькая, свежевыкрашенная яркими красками. Видимо, чтобы привлекать к себе меньше внимания.
Походы героев в рестораны и кафе – отдельная история. Сразу вспоминается охота на Фокса в «Астории», когда Шарапову денег хватало только на несколько чашек кофе. Когда же в «Художнике» оперативник приглашает девушку не куда-нибудь, а в «Метрополь», то глаза у них на лоб лезут ( в буквальном смысле!) не от цен в меню, а от того, что они не знают – какой вилкой какие блюда есть. И героиня, в конце концов, заказывает севрюгу. В Метрополе. Можно представить – в какую сумму им должен был обойтись этот поход в ресторан в Москве 1944 года. Хотя, Жеглов и Шарапов, практически в это же время, отдав соседке все свои карточки, не знают – чем будут питаться целый месяц.
Вообще, косплеев «Места встречи» и «Ликвидации» здесь так много, что можно сбиться со счету – и заточки в груди, как у Васи Векшина, и разговоры об усыновлении малыша из приюта, и визит в банду. Даже проход Сазонова во «фраерском прикиде» - это абсолютная цитата из «Места встречи», когда Шарапов собирается на встречу с бандитами. Но самое большое умиление вызывает сцена «Ты зашухарила всю нашу малину, так перо за это получай».
И вот за этим обилием пены из сравнений не сразу увлекаешься сюжетом. А он, при всей своей надуманности и затянутости, имеет право на существование. Двойные агенты, кроты и диверсанты – своего рода логическая задача в духе Агаты Кристи. Двенадцать из шестнадцати серий зритель пытается угадать - кто есть кто из героев, а оставшиеся четыре – продолжает сомневаться в предложенной разгадке.
Где-то относительно тонкая, а в большей степени - абсолютно топорная игра актеров водит нас за нос, заставляя подозревать то одного, то другого из героев. Хотя, в моем личном списке подозреваемых, все-таки главным злодеем остался тот, кого с самого начала я поставила на первое место. Такая себе интрига. Могло быть лучше. Если уж взялись косплеить «Ликвидацию», можно было бы закрутить сюжет и покруче.
Огромное количество вопросов к игре актеров. Как можно было заставить такого яркого актера, как Виктор Добронравов настолько «деревянно» переигрывать? Как Александр Устюгов, старательно стирающий приросший к нему образ Ромы Шилова, умудрился создать такой плоский персонаж? Как Андрей Смоляков в очередной раз воплотил на экране все того же Черкасова? И все остальные тоже достаточно безлики, либо вторичны. Даже Бобров и Покровский – словно постаревшие Агапов и Черенков из «Глухаря», все с теми же масками глуповатости, наглости и лени. Безусловным исключением для меня стали только Александр Горбатов и Андрей Мерзликин. Они, по крайней мере, внесли хоть какую-то жизнь в картину, ненадолго отвлекая от подсчета ляпов.
Вообще, к сценарию больше вопросов, чем даже к режиссуре. По сути, все шестнадцать серий не происходит никакого расследования. Если в «Месте встречи» все начинается с одного убийства ничем не приметной московской женщины, то в «Художнике» трупов накосили с дюжину, но особо никакого расследования не происходит. Если Шарапов и Жеглов шаг за шагом, ниточка за ниточкой распутывают сложный клубок, раскрывая в итоге целую банду, то в «Художнике» дальше пустых слов дело не идет. Зато, чтобы растянуть хронометраж, герои долго парятся в бане, сидят в ресторанах, ссорятся с соседями, дрессируют собак. Появляются совершенно не нужные сюжету второстепенные линии. Из ниоткуда приходят и уходят в никуда Мальчик с Катей, Ленин, Штепа с матерью, соседка из эмиграции. Они как белый шум заполняют пустоту, нагромождая сюжет лишней и не интересной информацией.
Последние пара серий буквально высосаны из пальца до такой степени, что просмотр становится настоящей пыткой. Авторы почему-то решили, что если сделать сюжет максимально фантастическим, то за ним можно спрятать всю небрежность в сценарии. И тут большой вопрос к жанру – что это было? Исторический детектив или фантастический экшн? На хорошо известном историческом материале снимать фэнтэзи – не всегда благодарное дело.
Подводя итог, можно сказать, «Художник» - пустое «криминальное чтиво», которым можно заполнить время, но которое начинает забываться уже в процессе просмотра. Но остается не очень хорошее послевкусие как от обычной дешевой жвачки.