«Три мушкетера: Миледи» — неплохое дополнение первой части, придающее истории объем, фактуру и, что немаловажно, динамику.
В целом хорошие сапоги, надо брать: бодрое шпионское драмеди, в котором драйвовые перестрелки перемешаны с чувственными диалогами и нестыдными сценами секса, встречается редко.
«Властелины воздуха» — визуально красочный, зрелищный и драматургически выверенный проект, который целится в широкую аудиторию и рассматривает в первую очередь военный героизм, а не его последствия.
Режиссер написал поэму одиночества, которая либо очарует своей искренностью, либо разобьет сердце меланхоличным финалом. Третьего не дано.
Чем выше поднимаешься, тем больнее падать — кажется, «Грисельда» в полной мере подтверждает этот тезис на примере судьбы наркобаронессы.
Михаил Локшин предлагает не религиозно-философский трактат с «фигой в кармане», а высококачественный развлекательный аудиовизуальный продукт.
«Задира» — фактурное кино, наполненное обаянием и драйвом. И хотя история опирается на архетипический сюжет о проблемах отцов и детей, у Шарлотты Риган получилось сделать свой вариант самобытным, ностальгическим и умиротворяющим.
Обозначая женский опыт пунктиром в общей картине, режиссер концентрируется на том, что патриархат разрушает не только женщин, о чем широко говорится в современном обществе, но и мужчин.
Впрочем, если рассматривать «Эхо» как эксперимент нового суббренда (проще говоря, первый блин, что выходит комом), мини-сериалу многое хочется простить.
Кино Байоны в принципе избегает нравоучений, оставляя зрителю максимально ясный и прозаичный финал: белый снег удивительно бел, никто в кадре и за кадром никакой не герой, жизнь каждого имеет значение, а упасть на самолете в горах очень страшно (безотносительно чего бы то ни было).
Поговорка про реку, в которую дважды не войти, актуальна в случае фильма «Холоп 2». Искусственное растягивание истории ради надежды на повторный кассовый успех — не самая изящная формула.
При всем этом «Мятежной Луне» хочется дать шанс. Как минимум потому, что это половина истории. Слишком много стартовых точек для развития очень разных сюжетных линий раскидал Снайдер за эти два часа.
При всей вторичности картина Сэма Эсмейла по-своему увлекательна и, страшно сказать, реалистична. Если вам казалось, что мир рухнет так, как в научно-фантастической сатире «Не смотрите наверх», — очень вряд ли. Скорее мы, как персонаж Итана Хоука, окажемся без интернета, сигнала GPS и с бесполезными пластиковыми карточками во внутреннем кармане.
В финальном акте с практически оперным величием раздается пацифистское послание Миядзаки, успокаивающееся философским послесловием: излечиться от утраты и травмы нельзя, но пережить их — вполне. «Забывать — это нормально», — скажет цапля. И начнется новая жизнь.
«Май декабрь» — кино, работающее на длинной дистанции.
Чудаковатый «Брат 3» вряд ли сохранится в истории кино, но определенно создаст вокруг феномена имени себя клуб ценителей кринж-искусства.
В лучших традициях синефилии картина Хазановой и Волобуева наполнена отсылками — в частности, к Дэвиду Финчеру и Пону Джун-хо, но не только. Дуэт следователей — чем не русский «Настоящий детектив». При этом в «Белом списке» есть не только заимствования, но и нечто самобытное.
Острая, едкая трагикомедия о стране на грани распада и о власти, которую, несмотря ни на что, приходится отдавать.
«Слово пацана» дает отличное представление о потерянном поколении — запуганном, растерянном, пробующем новое и неизвестное на сломе эпох, на границе двух государств, одного из которых пока толком и нет.
Что фильм снять — не поле перейти, и так понятно. И стоил ли этот вывод создания такого громоздкого и оттого неповоротливого кино, — вопрос, на который зритель будет искать ответ самостоятельно.
Мартин Скорсезе, которому совсем скоро стукнет восемьдесят один год, в очередной раз доказывает, каким многогранным может быть визуальный язык кино — с помощью бесконечно длинных, подчеркнуто замедленных планов, снятых ручной камерой.
Жюстин Трие рассматривает свою героиню в первую очередь как сложную женщину, затянутую в сложную игру, победивший в которой остается без награды.
«Асока», в отличие от других проектов «Мандаверса», больше всего близка к полнометражным фильмам из мира «Звездных войн». Не в последнюю очередь из-за пасхалок и отсылок, связывающих этот мир.
Тренд — сатирическое подспорье, а не фундамент «Дурных денег». У фильма нет задачи задавить «плохих» моральным превосходством «хороших».
Картина Александра Велединского при всех ограничениях, которые имелись у автора, останется в памяти у всех категорий зрителей — и тех, кто стоял у Белого дома, и тех, кто приезжал разгонять защитников, и даже у тех, кто в 1993 году еще не родился.