Дальше и выше?..
Этот прославленный тысячекратно и, полагаю, заслуженно фильм увлёк меня не сразу. Слишком бурно и шумно он начался, и в хаосе бестолковой и радостной погони за вороной непринуждённое цитирование Крылова сразу показалось мне слишком театральным. Эта деталь на время поубавила моё доверие. Взгляд человека своего времени! Сейчас-то в подобной кутерьме звучали бы совсем другие слова.
Но стоит ли, впрочем, останавливаться на такой мелочи. Хотя сильные эмоции во время просмотра я вряд ли испытала, изображённые характеры меня очень заинтересовали. О некоторых из них я даже поменяла своё мнение к середине или концу картины.
Образ Мельникова сложен и одновременно очень понятен, несмотря на остающиеся вопросы, на ускользающий смысл его внутренних противоречий. С одной стороны, он прекрасный учитель. Действительно учитель от Бога, поскольку в нём совмещаются интеллигентность, строгость и замкнутость, не позволяющие ученикам чувствовать своё превосходство, чувство юмора, что всегда ценится молодёжью, стремление к тому самому пониманию, о котором писал Шестопал, и, главное, блестящее владение своим предметом. Этот набор качеств, обращаю внимание, действует на учеников почти гипнотически. Мельников вдыхает жизнь в скучный школьный предмет, ставит перед своим классом этические задачи, сопоставляя современность и прошлое. Больше всего в фильме меня впечатлили как раз сцены его диалога с учениками.
С другой стороны, Мельникову очевидно тесно в школе, в этом узком однообразном кругу. Он возвышается над всеми прочими учителями - не потому, что духовно лучше и чище них, а потому что масштаб его личности несопоставим с ними. Его душа томится и тоскует, и кажется, что Мельников создан для какой-то великой миссии, которую никак не может осознать, не может найти, где именно, в каком уголке мира, на каком поприще он должен служить людям. И это смятение, эти терзания, скорее всего, придают ему в глазах учеников дополнительную магию, накладывают трагико-романтический отпечаток на его образ. Он сам как лейтенант Шмидт, он хочет бороться против всего, что неправильно, что не соответствует высокому идеалу бытия. И не может победить, потому что высокие идеалы побеждает несовершенная жизнь. Я не могу осудить его даже за жёсткость по отношению к коллегам: он просто требователен и считает, что учитель не имеет права на ошибку, тем более в собственном предмете.
Куда более мелкой фигурой смотрится возле него преданная и неотступная обожательница - молоденькая учительница Горелова. В первых сценах, из-за вороны и неловкого положения, я сочувствовала ей, но постепенно её настойчивость, если не привязчивость стали меня слегка раздражать. Она постоянно следовала за Мельниковым, старалась обратить на себя его внимание и, если это удавалось, немедленно начинала ронять возвышенные и сентиментальные фразы типа 'приколотого солнечного зайчика'. Она была, на мой циничный взгляд, буквально зациклена на стремлении завоевать расположение бывшего учителя, при этом абсолютно не замечая бури в его душе, его балансирования на грани. По-моему, она даже не сознавала, какой непростой жизненный опыт остался за его плечами. Он интересовал её в детстве как кумир, а теперь стал интересовать как осязаемая и достижимая цель.
Педагогический стиль Гореловой также не вызвал у меня восторга. Он весьма отличен от стиля Мельникова и кажется мне очень ненадёжным. Попытки 'дружить' со школьниками и откровенничать с ними хороши, пока сами школьники этого хотят, пока за это они получают какие-то плюшки, пока могут позволять себе капризничать (учитель потом и извинится перед ними), в конце концов - пока 'англичанка' молода и хороша собой. Это зыбкая почва, и Мельников в самом начале весьма точно это сформулировал.
Третья вершина любовного треугольника - Светлана Михайловна - сначала воспринималась мной как опасный, дестабилизирующий персонаж. В то же время нельзя упрекнуть этот образ в плоскости: она шокирована до глубины души сочинением девочки о будущей семье, но не видит плохого в том, что открыто заигрывать с коллегой, а потом откровенно льёт слёзы перед юной соперницей. Она фальшиво рассуждает, что нужно пускать в свою жизнь нечто большее, чем рамки школьного предмета, имея в виду, конечно же, интерес к себе, но тут же сама попадается в ловушку (прекрасно сыгранный эпизод). И лишь в конце, когда она получила наглядный урок от Шестопала, я проникнулась к ней некоторой жалостью.
Из учеников больше всего мне понравились искренние Шестопал и Надя Огарышева - жаль, что они не заинтересовали друг друга. Также обратила внимание на игру Остроумовой, как хорошо мимикой, ужимками, кривляниями она передала неоднозначный образ Черкасовой. Симпатичный и очень живой образ - Сыромятников, такие хохмачи есть во многих классах.
В фильме немало мелких, но занятных и значимых деталей. Были интересные операторские решения (например, Горелова, взятая общим планом, со своей фигуркой и ножками, глазами немолодой и некрасивой Светланы Михайловны, или взгляд Гореловой с подоконника на Мельникова). Понравилось, как была сыграна сцена извинения Мельникова перед учительницей-блондиночкой. Понравилось упоминание, что во время Великой Отечественной войны Мельникову спас жизнь тот самый директор, 'завхоз'. Это, если вдуматься, печальная, но очень жизненная деталь: казалось, человек с таким духовным горением, с такими высокими метаниями обязан был совершить подвиг. Но реальный подвиг совершил простой человек, самый обыкновенный, приземлённый...
Трудно сказать, что случилось в школе в понедельник, хотя вектор развития вполне красноречиво обозначен. И отчасти меня он устраивает, а отчасти - оставляет вопросы. Нашёл ли счастье Мельников рядом со своей поклонницей? Наверное, ответом на этот вопрос могло бы стать только отдельное кино, но, коль скоро его нет, не нашего ума это дело. А вот учителя такие очень, очень нужны, и отпускать их никуда нельзя.
31 млн , ...