К описанию фильма »
сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

Самое смелое и независимое кино 2020 года - именно такую награду заслуживает новая картина Гаспара Ноэ «Вечный свет». В главных ролях Шарлотта Генсбур и Беатрис Даль в роли самих же себя. Вся постановка - это процесс съёмки, а точнее подготовки к одной сцене, в которой сжигают ведьм. Показаны противоречия в команде, личные переживания актрисы, мешающие сосредоточиться на роли, а финальная сцена служит апофеозом и логичным итогом, вытекающим из напряжения вокруг.

Длительность составляет всего 50 минут, но за это время мы успеваем сопереживать Шарлотте, словить эпилептический приступ и погрузиться в творческий процесс создания кино.

И снова мы задаёмся вопросом: в чём же смысл искусства? Именно «Вечный свет» сможет помочь с ответом на него - смысл искусства в свободе, творческой и духовной, где одно дополняет другое. Как это будут интерпретировать зрители - уже неважно, изначальная идея автора заключается в том, чтобы сделать именно то, что он хочет сделать в этот самый момент. Уверены, что «Чёрный квадрат» Каземир Малевич рисовал не с целью создать шедевр, которым будут восхищаться миллионы. Это просто манифест автора, повествующий о его свободе, выходе за рамки, которые сковывают художника.

27 октября 2022 | 08:37
  • тип рецензии:

Антонио Менегетти недавно точно заметил, что 'все мы сегодня живём в той культуре, которая нуждается в придании образу женщины некоей фатальности'. А что может быть более фатальное, нежели - актриса? Гаспар Ноэ похоже размышлял на заданную тему и уместно вспомнил про средневековых ведьм...

Несколько современных актрис почти в реальном времени в сущности играют самих себя. Вот - Беатрис, женщина у которой выделяется дерзкий характер. Она готова вступить в спор со всеми и по каждому даже надуманному поводу. А вот - Шарлотт. Она немногим более известна. Но все ее мысли заняты семьей, в которой вскрываются очень сложные вопросы. Совсем неудивительно, что вскользь упоминаются вопросы гендерного насилия у несовершеннолетних. Ноэ просто не мог пройти мимо этой ныне модной темы.

Совсем забыл, но есть еще и более молодая дама - Эбби. Она дитя своего времени и вероятно живет в некоем цифровом континууме. Это совсем другая вселенная.

Но фильм похоже не о них. Он о магии - магии кино. Щелк... И наши героини входят в портал. А там идет съемка средневекового аутодафе. Позади остается вся суета. Теперь перед нами лишь ведьмы и пламя.

Гаспар Ноэ меня приятно удивил. Фильм лаконичен и созерцателен. Автор похоже взялся за те концепты в которых запутался Линч во 'Внутренней империи' и довел их до более приемлемой формы.

Кино - это магия. Мир в котором действуют иные законы бытия. Где существуют ведьмы, гоблины и аутодафе. И никак иначе. Как не согласиться?

7 из 10

24 ноября 2021 | 11:04
  • тип рецензии:

Ты горишь, Шарлотта!

Это чем нужно было заниматься в 2019 году, чтобы пропустить «таблетку счастья эпилептика» от Гаспара Ноэ?

Через год после нашумевшего «Экстаза» (2018) самый чувственный авангардист мира кино нашего времени выпустил полудокументальную ленту о мире кино, точнее о его изнанке, больной неврозом с нотками биполярного расстройства.

Действие «Вечного света» (2019) происходит на съемочной площадке фильма о гонениях ведьм. Сперва ничего не предвещало очередной катастрофы - будто вырезанная сцена из фильма о репетиции танцоров. Актриса и режиссёрка готовятся к съемкам за беседой в уютных креслах, воспоминания курьезные случаи из рабочей практики. Камера расслаивается, разговор не складывается. Кто-то рядом будто снимает экспериментальный этюд. Но в разговор давних знакомых вплетается свойственная почерку Ноэ невидимая нить хаоса- между трепетом и психозом герои начинают сходить с ума.

В пучине действия - Шарлотта Генсбур, любимица Ларса фон Триера эпохи нулевых - та самая грешница из «Антихриста» и всем известная «Нимфоманка».

Актёрские задачи вместе с командами режиссёра вышли далеко за пределы съемочного павильона. Свет сначала мягко обволакивает кадр, но не может долго принимать одно состояние - разгоняется и переходит в неоновые оттенки. Будучи уже на грани безумия, Шарлотта бьется в истерическом припадке, совсем не играет, что не мешает вредному оператору, «работавшему с Годаром», продолжать ловить сочные кадры в ритм стробоскопу. Вот они, гонения ведьм нашего времени!

Актёры срываются с мест, режиссёрка хватается за волосы, продюсер, кажется, давно всех уволил, а надменный Ноэ из-за занавеса продолжает сыпать цитатами классиков киноискусства прошлого столетия на пафосной латыни.

Манифест манифесту рознь, но тот визуальный срез, с каким работает автор «Вечного света» заставляет иначе взглянуть не только на привычные вещи, но и внутрь самого себя: задать вопрос о собственной причастности к синтезу аудио-визуальных средств, в терпком растворе которого плавают люди, но даже не хотят подозревать, из чего его варят.

Любите прекрасное.

06 апреля 2021 | 05:14
  • тип рецензии:

У Гаспара Ноэ есть хорошие идеи и он знает, как их реализовывать, но не может вовремя остановиться. Фильм идёт 50 минут, за фильм зрителю покажут несколько толковых цитат знаменитых людей об искусстве и фильмах, много криков о том, что невозможно снимать в таких условиях, и минут 15 отвратительных ритмичных звуковых и визуальных эффектов - в некотором роде визитная карточка Ноэ. Режиссёр пытается показать, что снимать фильмы нелегко, нелегко приходится всем членам съёмочной команды и актёрам (актрисам), можно ожидать неприятных сюрпризов от любого человека из съёмочной команды, могут заставлять делать, что актёр/актриса не хотят делать на камеру, могут быть левые люди на съёмочной площадке... дальше, видимо, у Ноэ идеи заканчиваются, и он просто издевается над зрителем.

Это тот случай, когда трейлер действительно отражает, каким будет фильм, а он внимания не стоит.

20 марта 2021 | 18:23
  • тип рецензии:

Фильм странный, но далеко не бессмысленный. Перед нами, очевидно, кино о муках съемочного процесса, сделанное будто в противовес ностальгическому Манку или какому-нибудь Чаплину: в обеих этих работах съемки кино наполнены творчеством и вдохновением, а не хаосом и неразберихой, как у Ноэ.

Фильм (внутри фильма) в итоге получается только благодаря счастливой случайности, а не 'видению режиссера' или 'актерской игре', кажется, что эти понятия Ноэ презирает. Разделение экрана - тоже понятный прием: он показывает, что режиссер вынужден одновременно следить за всем происходящим на съемочной площадке, начиная с чего-то очевидного вроде правильно выставленного света, заканчивая на первый взгляд ненужными мелочами, которые на деле могут полностью определить будущий фильм. Ноэ предлагает зрителю примерить на себя маску режиссера и да, оно действительно выносит мозг (это нас еще пожалели всего-то часовым фильмом).

Фильм как художественное произведение не всегда вызывал во мне восторг. Эффект стробоскопа был забавным полминуты, разделение экрана повеселило в первых двух сценах, но в целом во всем этом нет ощущения попадания в точку, которое у меня было, например, при просмотре Экстаза. В той работе история и безумные режиссерские приемы Ноэ каким-то чудом образовали цельную картину. Уже который месяц я переслушиваю Cerrone - Supernature, с теплотой вспоминая ту злополучную психоделическую сангрию.

Можно часами говорить о том, что Вечный свет должен взрывать мозг, что всей прелестью эффекта стробоскопа является то самое 'счастье перед препадком', замеченное в начале ленты, но в этом и заключается беда Ноэ как режиссера: его осмысленные фильмы-трипы иногда легко спутать с примитивной издевкой над зрителем.

6 из 10

12 февраля 2021 | 18:25
  • тип рецензии:

Во-первых, удивительно, что Шарлотта Генсбур никогда раньше не снималась у Ноэ - в его эстетику она вписывается идеально; такое же совпадение можно было проследить не так давно в 'Человеческом голосе' Альмодовара - там сложился гармоничный тандем с Тильдой Суинтон.

Во-вторых, не может не радовать то, что короткий и средний метр заняли свое место на экранах кинотеатров. Безусловно, пропуском в кинозал служат имена режиссеров и фестивальная судьба их произведений.

Что касается самой картины, то вдохновивший Ноэ эпизод из творчества Дрейера выдан на-гора в начале ленты. Прекрасно созданная атмосфера съемочной площадки - с помощью разделения экрана, ввода различных персонажей, отвлекающих от процесса, скандалов и разногласий - приоткрывает для зрителя завесу процесса кинотворчества. Тирания во имя искусства никуда не исчезла - мы прекрасно знаем про крутой нрав некоторых современных режиссеров - например, фон Триера, - хотя современная этика является весьма сдерживающим фактором в этом плане. Ну, и как же без излюбленных Ноэ приемов цитирования и использования кислотных цветов - здесь будьте готовы на какое-то время ослепнуть, ведь вас поразит вечный свет искусства.

06 февраля 2021 | 21:25
  • тип рецензии:

В середине января на стриминговых платформах появился новый фильм Гаспара Ноэ «Вечный свет», российская премьера которого состоялась прошлой осенью. На мой взгляд, это фильм для большого экрана, но светочувствительным людям лучше избегать такого формата. Если прежде у Ноэ на экране было насилие физическое и порой моральное, то теперь это насилие эстетическое. Он умеет запечатлеть ад в разных его проявлениях. Отношения, повседневность-экзистенциальность, вечеринки... кино. В новой мифической истории Ноэ мечтает о съёмочном дне (не от слова дно, хотя...), в котором всё пошло не так.

Лента длится всего час, но ощущается, будто она гораздо длиннее. Когда режиссёр решает слегка поиздеваться над твоим слухом и зрением, начинаешь бояться эпилептического припадка. Но для него это не издевательство, для него это не шутка или тест. И для него это вообще-то простительно. Он в каждой сцене обращается к вечным и древним мира кино, цитирует великих от Дрейера до Бунюэля и поёт им оду набором хаотичных звуков, шумом съёмочной площадки, истерикой света и воплями творческих людей. Такая, знаете, странная смесь легенд, фантазий, сумасшествия, искусства, и чего-то ещё. Ноэ.

Ноэ как творца. Ноэ как восхищённого творцами поэта. Ноэ как потерявшего контроль. Ноэ как режиссёра. Ноэ как бога, который знает, каково это — отпускать своё создание в свободное плавание.

Фильм открывается диалогом актрис Беатрис Даль и Шарлотты Генсбур, которые беседуют о своей профессии. Даль дебютирует в качестве режиссёра и готовит к главной роли в своём фильме Генсбур. Они болтают о ролях, о мужчинах, о ведьмах, о жертвах. Почти всё время экран поделён на два кадра, хотя происходит всё в одном месте. Но это только в первой сцене. Затем действие то раскидывается по разным уголкам съёмочной площадки, то объединяется воедино. Адски сложно следить одновременно за двумя разными эпизодами, за двумя разными диалогами, идущими параллельно: в глазах двоится, сконцентрироваться невозможно, и это сводит с ума. Так на площадке чувствует себя и режиссёр (Даль, в частности): съёмки не начинаются, репетиция срывается, одну из актрис не предупредили об обнажённых сценах, продюсер мутит воду, по площадке шарахается юнец-самоучка, выискивающий актрис для своего неизвестного бюджетного проекта... Все чего-то от неё хотят, но не предлагают ничего взамен, ведь это она — Создатель. Сам фильм, само её творение тянет из неё жилы, но не отвечает взаимностью на этом этапе — и ещё долго будет убыточным вложением.

Создатель всегда остаётся в убытке — и всегда слишком велик, чтобы этот убыток замечать. Ведь как только его творение возрождается, отражаясь в глазах зрителя и слушателя, оно получает вечную жизнь. Как и сам творец.

Пока происходит возня на площадке, пока кто-то что-то обсуждает в гримёрке, кажется, будто всё идёт по плану. Поддаётся контролю. Однако именно в тот момент, когда героиня Генсбур поднимается на сцену к столбу, у подножия которого должен гореть очищающий и освобождающий огонь, начинается полнейшая вакханалия. И это тоже сводит с ума. Контроль — это иллюзия. Но через это сумасшествие, боль, психоз, слепящий свет, взбесившихся людей и неистово беспомощную Даль вдруг, будто вспышка перед бурей, появляется тот самый момент, тот самый кадр, без которого весь съёмочный процесс можно считать совершенно пустым... Искусство. Проявление идеи — идеи творца и Идеи как таковой.

Идеи, вслед за которой приходит опустошение и потеря. Идеи, которую, отпуская в мир, творец перестаёт контролировать, теряет и обретает уже на новом уровне, как восхищённый наблюдатель, любующийся звёздами.

Lux Æterna — «Вечный свет» в переводе с латыни. В римской католической церкви эти слова звучали в начале одной из частей реквиема. Реквием — это заупокойная месса в той же церкви. Что интересно, Requiem Æternam (лат. «вечный покой») — это молитва за освобождение душ верующих из чистилища. Если заглянуть в Википедию, там можно увидеть и текст, теперь еще более знакомый нам благодаря новому произведению лютого Ноэ:

Rquiem æternam dona eis (ei) Domine;                      Покой вечный подай (ему/ей), Господи,

et lux perpetua luceat eis (ei).                                            и свет вечный (ему/ей) да сияет.

Requiescant (Requiescat) in pace.                                   Да упокоится с миром.

Amen.                                                                                      Аминь.

Рано или поздно идея, умерев в сознании творца, рождается уже вне его сердца или его разума.

Где ещё вы могли слышать словосочетание Lux Æterna? В «Реквиеме по мечте» это главная тема. Настолько она удалась Клинту Манселлу, что каверили этот трек буквально все, кому не лень — для самых разных проектов. И — это важно — композиция Lux Æterna звучит почти в самом конце картины Аронофски, это уже третий сезон из трёх — зима. А вы помните, как плохо там всё было.

В общем, если речь о заупокойных песнопениях или вовсе прощании, почему никто не говорит, что новая лента Ноэ — про смерть?

Никто так не говорит, потому что искусство, которому посвящен «Вечный свет» — это всегда маленькая смерть. Это ведь такая естественная часть процесса. Это всегда жертва или вложение кусочка души творца. Того кусочка, который никогда к нему не вернётся. Или же речь вовсе о смерти самого (классического) искусства? Той смерти, которая предполагает полную свободу автора — и отсутствие канонов, но не отсутствие собственно искусства? С другой стороны, о какой такой смерти может идти речь, если искусство — это созидание в чистом виде, рождение нового?

В своем интервью журналу GQ  пару лет назад Гаспар Ноэ говорил о том, что ад — это потеря контроля. Именно с такого рода адом сталкивается на съемках Беатрис Даль в картине. Для Ноэ режиссер - это шаман, который предлагает своей съемочной группе отправиться в плохой или хороший трип.

У Даль шаманство выходит из-под контроля и превращается в ад. Но при чём же тут свет?

Каким бы ни был творческий процесс, в итоге идея, обретая какие-то осязаемые формы, вырывается в жизнь, забирая с собой кусочек души Создателя. И тогда происходит маленькая смерть, переходящая в вечную жизнь. В вечный свет, так ярко освещающий суету жизни тем, кто воплощение этой идеи наблюдает.

Произведения искусства вечны. А вместе с ними и уже давно ушедший Творец.

04 февраля 2021 | 18:26
  • тип рецензии:

Каждый фильм Гаспара Ноэ - это провокация, возбуждение, скандал, восторг, ненависть, любовь, смущение, боль. Режиссер умело смешивает все человеческие чувства (духовность, низменность, животность, порочность) в один коктейль, а затем медленно, по глоточку, угощает им своего зрителя. Именно своего, ведь не всем приятно испытывать визуально - кинематографическое насилие. Однако к фильмам Гаспара Ноэ получается привыкнуть, и, более того, даже полюбить их.

'Вечный свет' - часовой эксперимент, фильм - открытие для самого стойкого зрителя. Неслучайно картина открывается цитатой Достоевского и имеет, хотя вполне себе и логичные, но все же очень своеобразные документальные вырезки. Стоит отметить, что кино является визуальным испытанием не только для зрителя, но и для каждого из героев - актеров. Оказавшись в неудобстве, лишении, опустошении, в моменте страха, начинается настоящая жизнь, чистое искусство. Именно здесь рождается правда.

В основе сюжета картины - подглядывание за съёмочным процессом первого фильма одной известной скандальной французской актрисы. Сплетни, интриги, манипуляции, ругань, мат, откровения - в общем всё, что необходимо творческому процессу нашего века.

Фильм во многом дань старой Франции и индустрии. Жан-Люк Годар, ведьмы, американское противостояние, свобода.

На мой взгляд, это кино об очень важном, а именно - о последствиях. О том, о чем говорят, но не показывают. Фильм представляет собой удивительное сочетание красоты и безумия. Некий визуальный эксперимент над самим собой.

30 января 2021 | 18:47
  • тип рецензии:

С радостью расскажу вам об одном из самых величественных кинополотен, которое я увидел за последние десять лет, а я посмотрел немало картин за это время.

В этом месяце я пытался разрешить одну проблему: пытался досмотреть 6-й фильм Андрея Арсеньевича Тарковского 'Ностальгия', но меня постоянно клонило в сон уже в начале просмотра этой картины и я отдавался целиком в руки Морфея, который уводил меня в свое царство. Я пытался досмотреть 'Ностальгию' раз пять и пять раз дремота подступала ко мне на вопросе: 'Почему женщина молиться чаще, чем мужчина?' Пять раз я не мог ничего с собой поделать и на этом вопросе меня выключало из реальности на несколько часов.

С фильмом 'Вечный свет' Гаспара Ноэ всё с точностью наоборот. Фильм затягивает с самого начала и держит до конца просмотра в напряжении, хотя по сути фильм состоит из одних диалогов и игры со светом и камерой.

24 января 2021 | 11:26
  • тип рецензии:

«Я всегда видел то, чего другие не видели; а того, что видели другие, я не видел», – сказал как-то Сальвадор Дали. Конечно, это выражение подходит и Гаспару Ноэ, хотя при просмотре «Вечного света» на ум приходит друга цитата сюрреалиста-художника: «Я не принимаю наркотики. Я и есть наркотик». Эффект от просмотра «Вечного света» напоминает особо дурной бэд-трип: непосвященного человека, не особо представляющего что за индивид такой этот Ноэ, ждёт доза густого концентрата безумия. Зритель с более богатым кинематографическим опытом найдет в этом параде сумасшествия даже рациональное зерно, хотя в совокупности кошмарных видений, параноидальных иллюзий и неконтролируемого кошмара о мире кино тяжело найти любовь: всё же предназначение фильма – составить внутренний конфликт, поскольку при просмотре хочется закрыть глаза, но всё равно продолжаешь наслаждаться мимолетным моментом этого постыдного удовольствия.

После эпилептического триггера начинается монтаж сцен из «Ведьм» Кристенсена и «Дня гнева» Дрейера – видимо, двух самых любимых картин Ноэ. Далее следует заунывный голос, декларирующий глубокомысленные цитаты, и мы погружаемся в разговор двух актрис: Беатрис Даль и Шарлотты Генсбур, играющих самих себя. Даль более откровенна: она раскрывает свои страхи, тревоги и психологические проблемы, в то время как Генсбур терпеливо слушает. Актрисы обмениваются друг с другом кошмарными, а иногда и забавными инцидентами, происходившими с ними во время съемок. А далее начинается полноценный метафильм: «Вечный свет» повествует о «закулисье» съемок, как Даль и Генсбур снимаются в тех или иных сценах. Параллельно разворачивается пространные сюжеты: то продюсер собирается уволить Даль, для чего нанимает оператора за ней следить; то Генсбур получает странный телефонный звонок, то какой-то молодой режиссер преследует актрису, чтобы та снялась в её новом фильме – это, а также многие другие моменты, превращают «Вечный свет» в своего рода фильм о кинопроизводстве.

В конечном итоге, как это бывает у Ноэ, чувственное переживание превращается в хаос. Постановщик вместо традиционного повествования начинает злоупотреблять стробоскопами и прочими не самыми изящными элементами, выбивающих зрителя из состояния душевного равновесия. То, что могло бы стать мягкой медитацией, сильно бьёт по мозгам: в своей прошлой работе («Экстаз») сама тематика располагала к демонстрации интуитивных образов. «Вечный свет» же заводит зрителя в смысловой тупик: кажется, это верх трансгрессивности Ноэ, в которой гротескный декаданс окончательно превалирует над гиперреалистичными приемами. В итоге он выбирает лишь один способ, которым может повлиять на зрителя – дезориентирующие визуальные эффекты, но в контексте «Вечного света» они редко связаны с чем-то значимым.

Вероятно, больше всего повествование «Вечного света» выигрывает от приема «фильм в фильме», рассказывающее, что же именно происходит за камерой на съемочной площадке. Кажется, для Ноэ это способ заявить и о сексуальных домогательствах в мире кинематографа. Диалоги подчеркивают проблемы, с которыми сталкиваются женщины в отрасли, однако и это выглядит оторванным от мира. Похоже, Ноэ добавил эти элементы по наитию, чтобы выделиться как актуальный кинематографист, а на деле – жертвой трендов. Даже метафора о ведьмах насчет подвергшихся насилию женщинах, превращается в скучное заявление о современной сексуальной политики.

«Может мира, нет как такового? Может быть, все миры во мне? А может, я управляю миром? Что мне причудится, появится извне…» – жизненное кредо постановщика привело, увы, к немного статичному и временами даже мертвому фильму, несмотря на привычные для режиссера буйства красок. Как это ни парадоксально, но когда Даль и Генсбур критикуют то, что они называют «развлекательными фильмами», наиболее заметна высоколобость Гаспара Ноэ, этого хулигана от кино, и буквально прочитывает его заявление: вот, господа, у меня-то фильм интеллектуальный. Интеллектуальный, но пустой: цитаты Годара, Фассбиндера и Бунюэля не делают проект умным, а скорее оставляют претенциозным, спускающим его, помимо всего прочего, в монотонную спираль разочаровывающих притязаний.

6 из 10

12 января 2021 | 21:28
  • тип рецензии:

Заголовок: Текст: