Я с большим уважением отношусь к Владимиру Познеру и с немалой долей симпатии - к Ивану Урганту. А еще я заочно всю свою сознательную жизнь любил Италию: ревел, ничего не понимая, в шесть лет, когда Роберто Баджо мазал в послематчевой серии пенальти в финале ЧМ-1994 с бразильцами; зачитывался историей Древнего Рима, любил итальянскую кухню. В августе я побывал в Италии (Римини, Рим, Пиза, Флоренция, Сан-Марино, Венеция), и заочная любовь переросла в настоящее, неискусственное чувство. И, что важно для этого текста, я во многом согласен с мыслями высказанными Познером о 'Сапоге'.
Прежде всего, Италии как единого целого фактически нет. Это правда. Люди из разных городов-государств или регионов-государств недолюбливают дальних или ближних соседей. Я это прочувствовал на собственном примере. Когда во Флоренции гид Сандра рассказывала нам о Микеланджело Буонарроти она постоянно поддевала Рим, а повествуя о смерти великого мастера и о похищении его тела из Рима жителями Флоренции, она предупредила: римский гид будет вам говорить, что все это - выдумки проклятых флорентийцев. Все так и было. В Риме гид, дойдя до работы Микеланджело в Вечном городе, первым делом заявила: 'Забудьте, что вам понарассказывали во Флоренции. Это все неправда'. Оба гида говорил об этой неприязни с улыбками, но за этим чувствовалось что-то настоящее. Какая-то заноза. Это всего лишь маленький частный пример, но их множество, если начать копаться.
Во-вторых, конечно, итальянцы сперва гордятся областью своего проживания, а уж потом - своей страной. В той же Флоренции, ругая очень многое в способе властей управления городом, гид говорила нам, что никогда бы не согласилась жить в другом городе Италии, что Флоренция - это все для нее. Так было и с римским гидом, и с гидом из Венеции.
В-третьих, все итальянцы очень разные. Флорентийцы живые, стройные, очень активные, сверхэмоциональные (даже по итальянским меркам), к ним лучше близко не подходить - огреют ненароком, жестикулируя. Они любят покритиковать власть, но при этом неистового любят все, что связано с городом. Римляне - народ более утонченный, в них чувствует аристократизм, порода, осанка, гордость за Колизей и прочие каменные сады. Венецианцы - купцы. Они улыбаются чаще других. Мало ли вы захотите купить у них какой товар...
Приходилось сталкиваться с негативными отзывами относительно частого потребления вина и еды ведущими в кадре. Может быть, не все стоило оставлять при верстке, но послушайте, критики, вы были в Италии? Там невозможно не есть много. Я ел там те же душистые и парящие пиццы даже после ужинов. И я тоже, как и Ургант, не отказался бы от утягивающего белья. Впрочем, мне не работать в кадре - можно было вдоволь наедаться итальянскими вкусностями.
При всех заметных минусах этого сериала (несколько навязчивая реклама, некоторое излишнее самолюбование героев, ёрничание за спиной у тех, с кем им доводилось общаться, и порой переходящий рамки пошлости и откровенного бреда юмор Урганта) он действительно здорово схватывает противоречивую суть Италии и итальянцев (я это наглядно показал чуть выше), он нещадно рушит шаблон, который десятилетиями складывался у наших граждан, мол итальянцы - это такое веселое племя, пляшущее, поющее, жестикулирующее, страстное и громкое. Да, они и такие, эти итальянцы, но при этом и очень другие: и хитроватые, и немного необязательные, не слишком аккуратные. Они очень разные.
И еще мне очень понравилась сама концепция: интервью (в этом Познер - мастак) + путешествия по мотивам этих интервью. Да и два главных вопроса подобраны очень грамотно: что посмотреть и что поесть. Что нам с вами еще нужно? Читать великих итальянцев мы и сами можем, а вот посмотреть на все эти красоты, поговорить (от лица Познера) с интересными людьми - это дорогого стоит.
Мне больше всего понравились серии про Флоренцию (она меня более всего поразила и в живую) и про Неаполь (особенно история Сальваторе Стриано).
8 из 10