Откуда он взялся
Так, значит, до того, как застрять на стыке времён, Питер Пэн верховодил шайкой лондонских мальчишек, очищавших карманы зазевавшихся горожан. Подчиняясь звуку его флейты (помнится, такая была у Нильса, утопившего толпы крыс), приятели беспрекословно выполняли данный приказ, унося ноги под мелодию Марсельезы, указывавшей пальцем на исторического врага.
Усмехаясь прозвищами главных героев, англичане задевают намёком старину Боба Хоскинса, привыкшего работать в компании разных парней, пряча его в насмешливый эпизод, оставляя остальное Рису Эвансу, играющему роль ложного друга мальчишек, оказавшегося главным противником Пэна, и не подозревавшего, насколько затянется их вражда.
Детская самонадеянность и роковая неосторожность в одно мгновение проламывают пространство, останавливая время в краю волшебной силы, где застряли разные люди, очутившись поневоле в неразрывной клетке веков.
Старинные кварталы превращаются в сказочный лес, мощёные улицы сменяет истрескавшийся лёд заброшенной пустоты, где высокое разрешение экрана выдаёт искусственный холод белой «земли», позволяя не переживать за здоровье Чарли Роу (для русского слуха очень сказочная фамилия), в чьём обнаженном теле застыла помертвевшая боль.
Тем не менее, видимое, несмотря на ощутимо бюджетный вариант телевизионного фильма, отнюдь не становится видимостью, поддерживая достаточный уровень реализма небывалых краёв, создавая местность с горной долиной и стенами из великих дерев, прорезая пещерный мрак и бросаясь в пучину вод, пугая многоногими рептилиями и освещая ночи сиянием порхающих фей.
Подселив к крылатым аборигенам индейское племя, режиссёр открывает сезон охоты за магией волшебства, таящего секрет полёта и движения времени, манящего могуществом и пугающего бедой, раскрывая происхождение непримиримой вражды шустрого мальчика и мужчины по фамилии Хук.
В их дуэли проясняется происхождение связи, неразрывно ведущей одного за другим, выплёскивая наружу характер продажного аристократа, присвоившего себе доверие обманутого паренька, обучающегося жить не по лжи, исправляя ошибки, проходя сквозь страдания и боль, расплачиваясь за потерю друга, чтоб товарищам доказать, что он не такой.
Другие ребята стараются, в основном, лицом, редко переходя на личности, раскручивая карусель весёлых моментов или поддерживая, в паузах, весомость сказанных слов, для выводов тем смотрящим, кто разделит с ними тревогу борьбы, понимая слабость духа и силу решений, засматриваясь на яркость костюмированного шоу, не пропустив мимо ушей как смешливое предложение пиратам вернуться на модернизированные Карибы, так и нешуточную правду индейских вождей.
И нет надобности мучить себя вопросами, нужна ли была такая рассказка, или хватит измываться над святостью тем: в своём жанре это вполне симпатичная открытка, сияющая отражённым светом славной истории, которая осталась собою, как и эта, тоже – сама по себе.