Элай Рот явно любит видеоигры — это видно по тому, как он старательно воссоздает специфические элементы игрового первоисточника.
Не фильм в себе, а, наоборот, открытая книга сразу нескольких жанров, которые на наших глазах переживают новое рождение.
Хотя в сериале есть сквозной сюжет, Торрес по привычке складывает мозаику из скетчей, постоянно переключаясь на любого встречного персонажа и начиная рассказывать его историю.
Сериал «Пацаны» по-прежнему держит планку самого циничного, смешного и дикого супергеройского шоу последних лет.
«Сочувствующий» — проект о природе памяти: личной и коллективной. О подверстывании воспоминаний под текущую идентичность, о самооправдании себя, о поиске взаимосвязей, о флешбэках и триггерах, о необъяснимой природе нашего воображения и мышления.
В «Фуриосе» и «Дороге ярости» благодаря постпродакшну в этот мир добавили и больше серебряного блеска. Яркий серебристый здесь с ходу кричит о техническом превосходстве и новизне транспорта и оружия: самые быстрые фуры и самые маневренные мотоциклы состоят из свежих хромированных деталей, которые не успели покрыться ржавчиной, затупиться и запылиться за годы в пустыне.
Попытки проанализировать, как зарождались экстремальные взгляды и как одна идентичность перерождалась в другую, нет. Лимонов упрощен, редуцирован до вздорного неудачника с нарциссическим расстройством, и это не тот человек, о котором писал Каррер, и, что важнее, не тот, кем был Эдуард Лимонов.
Алекс Гарленд в «Гражданской войне» избегает описания противоборствующих сторон и не вдается в их политические программы, он просто повторяет мысли многих режиссеров-современников — повторяет громче, решительнее и нагляднее.
Удивительно, что адаптация книги, настолько отвечающая ее духу, появилась именно сейчас.
В «Клубе Зеро» Хауснер оставляет широкий зазор для трактовок: что это было — сатира в форме притчи или притча в форме сатиры?
Фильм оказывается историей о еще одной грани запретного — не о соблазнении взрослой женщиной подростка, но о соблазне наблюдателя, завороженного чужой жизнью настолько, что всерьез готов примерить ее на себя. Или эта история о том, что запретное содержится в самой природе искусства — чтобы создать новое, неизбежно приходится переходить границы и нарушать табу.
Герои «Рецепта любви» в исполнении Бенуа Мажимеля и Жюльет Бинош (актеры когда-то были реальной парой и даже родили дочь) очевидно влюблены друг в друга, но в первой половине фильма это выражается лишь в быстрых взглядах, легких шутках и удивительной слаженности совместной работы, когда они понимают друг друга почти без слов.
Фильм Локшина, снятый в 2021 году, выглядит сегодня таким же пророческим. Дело не в конкретных уколах актуальности, которых там немало, а в диагностике расщепленного сознания, диалектике утопии и ада, в которой ад представляется местом, по крайней мере, менее безумным.
Есть ощущение, что мы попали в мир фанфика, созданного поклонницей английских романов, действие которых не выходит за границы фамильных резиденций.
Скорсезе не снял эталонный фильм, которому дают «Пальмовые ветви», «Золотых львов» или — еще хуже — «Оскаров», он снял фильм, от которого по-настоящему тяжело, фильм, который не забыть.
Персонажи представлены лишь фрагментами показов и слайд-шоу с кадрами из светской хроники. Они хаотично перебивают рассказы говорящих голов, смонтированных в духе любительских поздравлений, вроде тех, что друзья и коллеги могут записать тебе ко дню рождения.
Фильм холоден, блестяще выстроен, не утомителен, несмотря на приличный хронометраж и на скупость в выборе мест действия.
Но то ли отсутствует какой-то секретный ингредиент, задающий тон, то ли фильм лишен фирменной меланхоличной романтики Копполы, но «Присциллу», несмотря на соблюдение всех формальных признаков, трудно поставить в ряд удачных фильмов режиссерки.
Этот фильм настолько свеж, тонок и остроумен, что ему следует отдать особое место в фильмографии Аллена.
Это абсолютно самобытное, затягивающее и сбалансированное в своей гротескной сказочности художественное пространство; от него не устаешь за два с половиной часа.
Манну и Драйверу удается главное — вылепить уязвимость и слабость из непроницаемости, которую часто принимают за силу.
Все, что касается визуальной части фильма, хочется изучать вдоль и поперек, от сет-дизайна до костюмов.
Ирина Бас поддерживает курс мирового и российского кино на «женские истории»: это крепкая драма об отношениях матерей и дочерей.
Несмотря на тяжелую тему, фильм не производит гнетущего впечатления — это достигается за счет выбранной режиссером Кодзи Фукадой интонации — он занимает слегка отстраненную позицию внимательного наблюдателя.
Показывая историю о том, как авантюрная затея, обреченная на провал, стала для ее участников судьбоносной, Revival69: The Concert That Rocked the World поет оду буйному десятилетию, когда рок-звезды были по-настоящему большими, а их поклонники верили в то, что песни могут изменить мир.