Самый старый шедевр
«Носферату, симфония ужаса» - фильм Фридриха Вильгельма Мурнау.
Сюжет
По долгу службы, агент по недвижимости Томас Хуттер (Густав фон Вангенхайм) покидает родной Бремен и отправляется в Трансильванию, дабы уладить формальности с графом Орлоком (Макс Шрек), который изъявил желание приобрести дом в его городе. В дороге Хуттеру открывается страшная тайна графа и тех мест, в которые он держит путь, однако с пути он не сворачивает. Встреча с Носферату станет ужасом для него самого и обернется кошмаром для всего города.
«Носферату, симфония ужаса» - легендарный немой фильма ужасов далекого 1922 года, наследие послевоенной Германии и новый виток развития немецкого экспрессионизма. Он по праву считается знаковой картиной всего XX века и является, пожалуй, самым известным представителем времен зарождения настоящего кинематографа. Легендарность его далеко выходит за чисто «киношные» пределы и не ограничивается лишь на его нетленном статусе и несомненной ценности как произведения киноискусства, что делает эту ленту поистине бессмертной. Прежде всего, речь идет об известной истории, порожденной жуткими слухами о том, что главную роль в фильме играл настоящий вампир, который чуть ли не питался членами съемочной группы. В результате, спустя много лет, будет снят полудокументальный кинофильм «Тень вампира», основой для которого и стало переплетение реальных событий, вымыслов и мрачных поверий времен съёмок «симфонии ужаса» в таинственных чешских горах и лесах. Наличие такого потомка, который по истечении десятков лет фактически воспевает своего «прародителя» - одно это уже говорит о многом.
Фильм во многом новаторский. Здесь и масштабные по тем временам съемки на живой природе, и немногочисленные, но чрезвычайно важные предки современных спецэффектов, вставленные там, где это действительно необходимо и даёт значительный «плюс». Отдельного упоминания заслуживает игра теней, которая в «Носферату» занимает огромную роль в становлении общей композиции кадра, а также вносит существенный и весьма оригинальный вклад в создание неповторимой атмосферы.
Само творение Мурнау назвать экранизацией всемирно известного романа Брэма Стокера «Дракула» можно с большой натяжкой – уж слишком много расхождений. И касаются они не только, и не столько непосредственно сюжета, сколько самого посыла, подтекста, выразительных средств и вообще восприятия фильма в целом. Уникальная стилистика и художественное выражение картины представляет историю графа Дракулы под совершенно другим углом. Все изменения относительно оригинального произведения сделаны и продуманы именно таким образом, чтобы способствовать этому самому «новому восприятию». Они задают тон, дооформляют который уже кинематографические приемы.
Актеры
Их игра может показаться весьма своеобразной, но она типична для тех времен. Нарочито самозабвенный смех или картинный испуг, эдакий «театральный стиль». Однако, не надо спешить с критикой – отнеситесь с пониманием. Фильм немой, его единственный инструмент для воздействия на зрителя – «картинка». Редкие титры лишь выполняют второстепенную роль и являются не более, чем информатором.
Макс Шрек - Носферату
Образ графа Орлока в его исполнении шедеврален. Прежде всего, он разительно отличается от модернистских Голливудских вампиров, полных лоска и более знакомых зрителю. Здесь нет ни роскошного наряда, ни «прически за сто баксов», ни самодовольно-презрительного взгляда, в котором читается осознание собственного всемогущества вкупе с животной жаждой крови и чувством наслаждения от процесса её утоления. Нет. Граф Орлок диаметрально противоположен этим сексопилам и буквально «рвёт шаблон» зрителю.
Главный герой проработан до мелочей - в буквальном переводе «носферату» означает «переносящий болезнь». Именно этот смысл с потрясающей точностью воспроизводит и переносит на себя персонаж Макса Шрека. Он идеально вписывается в общую концепцию фильма и, являясь её неотъемлемой частью, пропитан каждой её составляющей и представляет собой своеобразный обособленный концентрат, который вместе с тем, непосредственно находится в органичном взаимодействии со всеми остальными её составляющими. Жалкий, но одновременно пугающий старик, сгорбленный, худой, имеющий сходство с иссохшим гниющим деревом – таков его внешний облик. Он напрочь лишен какой-либо романтизации и возвеличивания. Напротив, он словно кара Господня, как наказанье на свете этом. Его тягостное существование, полное внутренней боли, вызывает противоречивые эмоции. Он живет в отторжении, наедине с собой и со своей сущностью. И не случайны здесь параллели с крысами – такими же разносчиками чумы. Вот они - «заклятые товарищи» его – крысы, которым соответствует он как внешне, так и внутренне. Крыса – низкое, отвратительное создание, являющееся объектом всеобщей ненависти и презрения, которое обречено на жизнь чуждого всем изгоя. Это же воплощает в себе граф Орлок, предстающий в образе юродивого отщепенца и затворника.
Особая атмосфера
Ещё большой вопрос – чего здесь больше: собственно самой атмосферы мистики происходящего, или атмосферы эпохи зарождающегося кино. И та, и другая, очень специфичны. И зависит то, в какую из них зритель больше окунется и насколько правильно прочувствует, от того, каков будет его подход к просмотру.
Просмотр картины
Отношение к «Носферату» исключительно как к фильму ужасов, или даже как к классическому фильму ужасов – недопустимо. Такая позиция практически неизбежно приведет к неверному восприятию, а в некоторых случаях – и к низкой оценке, поставленной неосознанно. К этому фильму нужно подходить прежде всего с эстетической точки зрения – это избавит от бессмысленного поиска ужасов там, где их нет, а также позволит тоньше прочувствовать как идейность картины, так и её художественные изыскания и авторские приемы.
Безусловно, нельзя не отметить черно-белый формат этой ленты, являющийся не только напоминанием о времени создания фильма, но и заложником того самого времени. И это чрезвычайно уместно именно здесь – это дарует совершенно особенные ощущения при просмотре, создает неповторимый эмоциональный фон, словно помещает зрителя в магический мир, находящийся где-то между событиями самой картины и нескончаемым завораживающим мельканием старинных кинокадров.
Вместо эпилога
«Носферату, симфония ужаса» - это фильм, который не ведет борьбу со временем, ибо находится вне него. Он не может устареть, потому что уже давно устарел. Он не может потерять актуальности, потому что это понятие к нему фактически неприменимо. Он не может быть забыт, потому что течение времени – неотъемлемая часть этого процесса.
Абсолютно также не имеет никакого смысла оценивать этот фильм в каких-либо баллах. Можно пытаться вычислять его значимость для всего мирового кино, его роль в развитии киноискусства, даже придирчиво разбирать достоинства и недостатки, как отдельно взятого кинопроизведения, а затем пытаться подытожить всё и конвертировать это в какую-то оценку. Но какой бы ни был результат, все эти старания глупы и невежественны, так как есть категория фильмов, по отношению к которым подобные «математические» подходы являются натуральным кощунством. «Носферату, симфония ужаса» именно в их числе. Он ни в чем из этого нуждается. Это классика мирового кинематографа.
14.3 тыс 
6 тыс 
5.5 тыс