ЧТО-ТО ВИДИТСЯ РОДНОЕ…
Иногда плохой фильм дает больше пищи для размышлений, чем просто посредственный («ни то, ни сё»). Тем более, когда речь идет о столь чувствительной сфере, как образование. Всё же, что ни говори, но образование определяет наше будущее. И даже те, чьи дети уже вышли из школьного возраста, всегда подумывают, каково будет в школе их внукам? Ну, впрочем, данное кино относится к категории «особо плохих» фильмов, единодушно осужденных как зрителями, так и кинокритиками. И этот факт, мне кажется, требует внимания. Ведь, если судить по названию, фильм «Низшее образование» посвящен критике современной общедоступной общеобразовательной школы. Причем проблемы, которые вырисовываются в фильме, характерны не только для американской системы образования (точнее — ее «низшей» ступени), но для современного образования в целом. Они есть не только в Америке, но и у нас, и в Европе — вспомните «Провинциальную школу» Ивана Максимова или «Лес для деревьев» Марен Эд! Не случайно вышедший недавно телесериал режиссера Валерии Гай Германики «Школа» вызвал столь же бурную и неоднозначную реакцию в России, как и «Низшее образование» в Америке. Но отметим при этом, что другие, не менее жесткие фильмы о современной американской школе (например, «Национальный пасквиль: большое путешествие», «Опасные игры церковных мальчиков» или совсем уж брутальный «Класс 1984»), хотя и не одобрялись, но такого скандала не вызывали. В чем здесь причина?
Ну да, в «Низшем образовании» перед нами предстает ужасающая картина! Начальная школа Джеральдин Феррэро из тех, хуже которых не придумаешь. Главный предмет в этом учебном заведении, поскольку остальные дисциплины преподавать некому, — сексуальное просвещение учащихся. Чтобы не зевали и попусту не залетали. И ученички здесь «классные»: с младых ногтей в деле — дружат с виски и балуются наркотиками. И учителя им под стать: пьют горькую и вымогают деньги у родителей. А директор вместе с попечителями крадет деньги из бюджета на развитие. Жуткое зрелище! Правда, те, кто знаком с реалиями современной российской и шире — постсоветской «низшей» школы, вряд ли будут потрясены. Что-то видится родное… Такое впечатление, что раз у нас про это снять фильм вряд ли кто решится (не много у нас Гай Германик), то это специально для нас сняли американцы.
Нельзя сказать, что в системе образования прошлых веков не было изъянов (вспомните «Школьные годы Тома Брауна» и «Черную курицу, или Подземных жителей»). Школа всегда была площадкой столкновения разных политических взглядов и убеждений и строгим ранжиром для разделения по социальным признакам: от групповой, кастовой или половой принадлежности до размеров кошелька родителей. Тот факт, что образование в развитых странах давно стало общедоступным, уже не кажется нам существенным достижением. Мы предпочитаем не вспоминать, что где-то за право ходить в школу еще приходится бороться («Будда рухнул от стыда», «Невидимые дети»). Мы хотим, чтобы образование стало еще и более современным, эффективным и индивидуализированным. И это правильно. Причем многие готовы принять критику школы лишь как иронический взгляд в прошлое, причем нередко наполненный ностальгией, как в «Амаркорде» (а там ведь показана еще та школа!). Но мало кто готов согласиться, что никуда не годится и требует немедленного и решительного «капитального ремонта» школа сегодняшняя. Слишком многих это задевает.
Да, в Америке школа социально очень сильно дифференцирована. Гораздо сильнее, чем пока что у нас — но всё к тому идёт и на наших необъятных просторах! Хотя и в «Закрытой школе» ведь тоже есть свои заморочки (тут тебе и «Школьные узы», и «Другая страна»). У них, как и у нас, всё упирается в финансирование — а муниципальным школам на попечительский бюджет рассчитывать особо не приходится. Какой богатенький родитель сдаст своё чадо в такое кошмарное заведение? А значит, подобные школы неизбежно становятся аккумулятором представителей социальных низов. В США это до сих пор чаще всего представители семей афроамериканцев из бедных кварталов и мигрантов из стран Центральной Америки. Кто у нас составляет контингент этих школ, тоже известно: учителя всё чаще жалуются, что они не могут полноценно вести занятия, поскольку их ученики почти не говорят по-русски. Причем не только мигранты, но и те, для кого русский язык является родным. Кто из преподавателей пойдёт в такую школу по собственной воле? Ну, разве что, «Очень плохая училка» или «Учитель на замену». Или безжалостный учитель-робот, который без всяких сантиментов готов размазать по стенке любого нарушителя порядка («Класс 1999 года»). Ну и что из этого получится? Правильно — «Низшее образование».
Так что, нечё, господа, на зеркало пенять, коли рожа крива! Да, актёры в этом фильме талантом не блещут — как взрослые, так и дети. Ну, да ведь, судя по замыслу, — это злая пародия. А потому всё так и должно быть — криво да косо. На кого не глянь, того и гляди поперхнёшься. Зато можно представить наши перспективы, обмахиваясь веером. И подумать, что нам делать дальше? Американцы-то справятся, а нам как быть? Вот, мне кажется, в чем вопрос...
Добавляю балл за актуальность и дерзость создателей фильма (не каждый решится провозгласить такое даже на школьном капустнике!).
4 из 10