все прыгнули, я тоже захотел быть героем
Все мы были детьми, все мы бились в конвульсиях от Сейлор-мун, Крысорокеров с марса, покемонов и от прочего на всю голову упоротого стаффа, а кто не бился, тот может вырезать себе табличку с надписью 'идиот' и благополучно сожрать оную. С годами мир меняется, вместо покемонов из покеболов вылетают Форресты, Шоушенки и всякие МакМёрфи, мозг деградирует до эстетства, а детские забавы воспринимаются как 'фумляшозанах', как зрелище для дебилов, дебилами писанное, дебилами же снятое.
Никто не обращает внимание, что на коробочке с конструктором белым по красному написано 'детям от 2 до 10', аццтой и всё, подобно киношному Мавроди, доказывающему, что дешёвая резиновая лошадь - полная фигня по сравнению с коллекционной бабочкой в стекле, польза которой заключается в её коллекционности и соответствиям вкусам киношного мавроди.
Очередная череда приключений чудных зверушек посвящена своему главному персонажу, но не Эшу и не туманной девчонке Мисти, а электрической крысе, которая отказывается залезать в покеболл, потому что она жирная жёлтая крыса. Вообще-то то был подарок профессора, как небезызвестная террористка Ламар, у которой вырезали жало, но будем считать, что жолтый-жырный вариант он смешнее и задорнее.
Крысачу попадает, как написано в синопсисе, в различные переделки, во время которых со всех сторон лезут медведи с цыганами, наряженные в костюмы годзилл и покемонов, с кем-то электрачу заводит дружбу, с надеждой на сеансы хентая, а с кем-то устраивает праведные пластилиновые бои за мир во всё мире, выкрикивая и в сотый раз заикаясь на своём имени, создавая впечатление, что пикапи нуждается скорее в унитазе, но гадит исключительно электричеством. Прорисовка за годы сдвинулась ровно настолько, насколько сдвинулась наша сборная по футболу, за время пока руководит ею Член Юрист, но мультяшки сызначально вполне сносно смотрелись, а чувства стыда вызывали не пэйнтом, а словесными конструкциями, а потому без претензий к Покемонам, но не без пинков в сторону футболёров.
Если на время прикинуться 10-летним дебилоидом, то всё происходящее оказывается вполне сносным, за тем исключением, что годы взяли своё, память стёрта, а потому многочисленных новоявленных монстров воспринимаешь вместе со всеми их повторялками не настолько адекватно, насколько это было лет 10 назад, родными кажутся лишь 'пика-пиии', 'больба-заааёр', 'камон-клооозер', в общем вы поняли.
К сожалению, интриг, скандалов и расследований, коих полным полно во всяких Шоушенках и Списках Шиндлера, почти нет, зато есть много всего о дружбах, самопожертвованиях, а так же всего подобного остального, что полезно вдалбливать в мозг малолетним говнюкам, пока те не выросли до пубертата, не пропитались ванилью, сигаретами, подоконником и им. Нисколько не сравнивая с советским Винни-пухом, можно упомянуть, что последний был хамом, мудаком и идиотом, но при этом умудрялся доставлять не мало удовольствий своими идиотскими выходками и зубодробительными умозаключениями, но его никто не ругает, потому что сие классика, сие наше детство, навязанное нашими родителями.
Так вот Покемоны та же предельно простая классика для детей, в которых нет очаровательного хамоватого медведя, зато есть чуть менее очаровательный дракон, который любят совершать на своего хозяина пламенорыги и вообще не слушаться последнего. Безумие да и только, но что взять с японцев, если у них нет души. Гореть нестрашно - говорит нам мэйнстрим для детишек повзрослее - страшно, когда твоему ребенку отрывают голову, так что не так уж и упороты эти Покемоны со всеми Командами Эр, Мяутами, Эшами, Броками и прочим детским хентаем.
Более чем годное зрелище для мозга не засорённого стереотипами о том, каким должен быть мультик для детей, каким должно быть качественное кино, какими должны быть параллельные прямые, потому как многочисленные файрворки, диковинные существа, взрывающие неадекватностью звуки детьми воспринимаются более чем здраво. Почти как Сейлор-мун, хотя последняя ввиду вечно оголённых бедёр - это порой явно перебор, который ведёт к многочисленным гневным фанфикшонам, когда зритель, истекая соплёй, вопит: 'я очень трахаться хочу, не сдерживаясь я дрочу, кончаю я, как пикачу, я очень трахаться хочу'. Поэзия, мать её.