Кровавый балет для эстетов
Кино, которое разделило зрителей на два лагеря: одни визжали от восторга, захлёбываясь в фонтанах крови, другие — брезгливо морщились, называя это безвкусным балаганом. Речь, конечно, про первую часть дилогии «Убить Билла». Так вот, правы и те, и другие. Это — абсолютно гениально сделанный, но при этом абсолютно пустой фильм. Это — триумф формы над содержанием. Это — двухчасовой оргазм киномана-эстета, который забыл, что кино — это не только красивые картинки, но ещё и история. Для начала надо понять главное: Тарантино здесь не пытается рассказать нам историю. Он не создаёт живых персонажей. Он не исследует глубокие темы. Он — играет. Он — как ребенок, дорвавшийся до коробки с дорогими игрушками, — берёт все свои любимые жанры, все свои любимые фильмы и устраивает из них грандиозный, кровавый винегрет. Это — не кино в привычном понимании. Это — чистый, незамутнённый постмодернизм. Это — кино про кино. И если ты не в теме, если ты не смотрел сотни часов гонконгских боевиков, спагетти-вестернов и японского трэша, то ты просто не поймёшь и половины шуток.
Пуннкт первый: Форма — это всё, содержание — ничто.
Главная фишка и главная проблема этого фильма — в его стиле. Тарантино здесь — не режиссёр, он — диджей. Он берёт чужие треки — вот тебе кусок из самурайского кино, вот тебе отрывок из вестерна Серджио Леоне, вот тебе аниме-вставка — и мастерски их миксует. Получается стильно? Безусловно. Каждый кадр вылизан до блеска. Цвета, ракурсы, монтаж — всё на высшем уровне. Это — визуальный пир. Но что за этим пиром скрывается? А ничего. Пустота. Сюжет здесь — примитивен, как три копейки. Тётку обидели, она идёт мстить. Всё. Никакой глубины, никакой психологии. Это — не драма. Это — вешалка, на которую Тарантино развешивает свои стилистические побрякушки.
Он настолько увлечён игрой в цитаты и отсылки, что ему просто некогда заниматься персонажами. Они здесь — не люди, а функции, манекены в красивых костюмах. У них нет прошлого, нет мотивации, кроме самой примитивной. Они существуют только для того, чтобы красиво махать мечами и эффектно умирать, заливая всё вокруг бутафорской кровью.
Пункт второй: Галерея ходячих клише.
Давайте посмотрим на этих «персонажей».
Невеста (Ума Турман). Она — не человек. Она — икона. «Чёрная Мамба». Женщина-мститель. Это не характер, это — плакат. Она просыпается после четырёхлетней комы, и что она делает первым делом? Она начинает убивать. Никакой рефлексии, никаких сомнений. Просто идёт и убивает. Она — робот, машина для мести. Мы ничего о ней не знаем, кроме того, что её обидели. И этого, по мнению Тарантино, достаточно, чтобы мы ей сопереживали.
О-Рен Ишии (Люси Лью). Глава токийской якудза. Её история нам подана в виде шикарно нарисованной аниме-вставки. Выглядит круто. Но что это нам даёт? Ничего. Это просто ещё один красивый фантик. Сама О-Рен в фильме — просто босс из видеоигры. Она сидит в своём «доме голубых листьев» и ждёт, пока до неё доберётся главный герой.
Вернита Грин (Вивика А. Фокс). Первая в списке. Теперь она — добропорядочная домохозяйка, живущая в пригороде. Их поединок с Невестой на кухне, среди детских игрушек, — это стильно. Но кто такая Вернита? Почему она стала убийцей? Почему предала? Нам это неинтересно. Она — просто первая галочка в списке мести.
Пункт третий: Насилие как балет.
Насилие в этом фильме — это не ужас войны. Это — аттракцион. Это — эстетическое зрелище. Тарантино не пытается нас напугать. Он пытается нас восхитить. Финальная бойня в «Доме голубых листьев» — это не битва. Это — танец. Кровавый, хореография-до миллиметра балет. Люди здесь не умирают, они красиво разлетаются на куски. Кровь не течёт, она хлещет фонтанами, как из пожарного гидранта. Это — не реализм. Это — гротеск. Тарантино играет с насилием, как ребёнок с солдатиками. Он отрывает им руки, ноги, головы, и ему весело. И он хочет, чтобы нам тоже было весело. И многим, надо признать, весело. Но это — смех особого рода. Это — смех от осознания того, что всё это — не по-настоящему. Это — кино. Это — игра.
Пункт четвёртый: Проблема жанра.
И вот тут-то и кроется главная проблема. Тарантино снял фильм для киноманов. Для тех, кто, как и он, вырос в видеопрокате и знает наизусть все фильмы братьев Шоу. Для них это — пир духа. Они сидят и тычут пальцем в экран: «О, а это отсылка к “Госпоже Кровавый Снег”!», «А вот это — чисто Серджио Леоне!». А что делать простому зрителю? А простому зрителю остаётся только смотреть на красивые драки и слушать отличную музыку. Он не понимает и половины аллюзий. Для него это — просто стильный, но бессмысленный боевик. Он не видит второго, третьего, десятого слоя. Он видит только поверхность.
Именно поэтому фильм и вызывает такие полярные реакции. Для одних — это гениальный постмодернистский коллаж. Для других — бессюжетный, затянутый и неоправданно жестокий фильм.
Итог
«Убить Билла первая часть» — это, безусловно, знаковое кино. Это — демонстрация высочайшего режиссёрского мастерства. Тарантино здесь — как виртуозный жонглёр, который с лёгкостью подбрасывает в воздух десяток жанров, стилей и цитат. На это приятно смотреть. Но за всей этой виртуозностью — холод и пустота. Это — кино, сделанное с умом, но без души. Это — упражнение в стиле. Красивое, эффектное, но абсолютно стерильное. Оно восхищает, но не трогает. Ты выходишь из зала с ощущением, будто съел очень красивый, но совершенно безвкусный торт.
Это — кино для эстетов и снобов. А для нормального человека, который хочет историю про живых людей, — это просто двухчасовой, очень дорогой и очень кровавый клип.
За безупречный стиль, гениальный саундтрек и пару-тройку блестяще поставленных драк.
8 из 10