Где же Роман Полански? Тут смотрели? А здесь? Нет? И не нужно. Снимая 'Тэсс' интернациональный постановщик видимо предпочел упрятать свою индивидуальную творческую манеру куда подальше – и снял экранизацию, явно претендующую на статус классической. Это киновоплощение знаменитого романа Томаса Гарди не стремится замолвить новое словечко в вечной дискуссии о том, как же все-таки правильно 'снимать книги' - голосок его небоек и звучит в унисон с толпой предшественников, в разное время уже ходивших этой проторенной тропкой. Отдающая дань должного оригиналу – никакой отсебятины! – масштабная (взгляните хотя бы на хронометраж), с неизбежными уступками формату (кое-что пришлось выкинуть и подрезать, но безболезненно для основной фабулы - ведь именно это мы хотим видеть?) – это классическая экранизация классического романа с классическими достоинствами и недостатками. О чем тут еще говорить? И что, наконец, дурного в том, что постановщик сумел прочувствовать специфику материала и даже в какой-то степени 'раствориться' в нем – ведь это скорее достойно похвалы? Положим, что так.
Другое дело, что известнейший опус Томаса Гарди никак не хотелось бы назвать всего лишь очередным произведением из когорты 'классических' - не больше и не меньше. И нельзя отделаться от ощущения, что роман этот - неторопливый, местами позволяющий себе сюжетные провисания, но, вне сомнения, - замечательный - изначально предлагал постановщику больше, чем тот предпочел взять. 'Тэсс из рода Д'Эрбервиллей' - это книга, за достаточно простым сюжетом которой скрывается множество тонких смысловых оттенков, книга, которая в добавок потрясающе красива 'визуально' - с точки зрения антуража, которому Гарди уделяет пристальное внимание. Вот и задаешься вопросом - как же мог Полански пройти мимо эффектнейшей (и очень показательной в канве повествования) сцены, когда одержимый лунатизмом Клэр несет Тесс на руках под лунным светом и кладет в гроб - символическое отображение гибели чувства к девушке в нем самом. Вообразите, как эффектно это могло бы выглядеть на экране - и еще раз пересмотрите картину, чтобы убедиться, что этого эпизода там нет. Пример не единственный - Ли Лоудсон достойно справился с образом Алека - сибаритствующего холостяка-ловеласа - но ведь хотелось бы увидеть и Алека-проповедника, увидеть, как преобразила эта перемена сложившийся образ и как затем он стал вновь проступать, возвращая героя в 'исходную точку'. Но и этим зрителя обделили - мнимый Д'Эрбервилль абсолютно статичен, он одинаков что в конце фильма, что в его начале, а сюжетный поворот с его 'обращением', опять таки, был исключен из повествования.
Безусловно, критиковать экранизации за 'выброшенный материал' – это старо как мир, и должно быть, это следует считать моветоном. Снять все по-книге – это не только невозможно, но – более того – самой цели такой не должно стоять. 'Тэсс' же разочаровывает не отсутствием определенных эпизодов из книги, но обидным невниманием к антуражу и тонкостям, к сценам, за которые следовало бы 'ухватиться' создателям – подлинным жемчужинам повествования, погружающим в его атмосферу и раскрывающим определенные нюансы. Хотелось чего-то большего, чем применение к произведению Гарди общих 'лекал', а именно - отображения специфического колорита книги через призму индивидуальной творческой манеры постановщика. Видимо, не в этот раз.
Вот и фабула в 'Тэсс' осталась только лишь фабулой – источником интриги, объектом сопереживания, если речь о судьбе героев, но никак не выразителем смысловых оттенков, как это было в оригинальном романе. Столкновение и взаимодействие двух типов мышления, мировоззрения - мировоззрения Тэсс, с явной склонностью к фатализму и мировоззрения Энджела, человека добродетельного, но заключившего свою добродетель в жесткие, 'неподвижные' догматы - все это, к сожалению, осталось 'за кадром'. Оправданием тому могла бы послужить ограниченность в выразительных средствах - но упущенным оказалось очень многое, что говорит в первую очередь о отсутствии самого стремления - ведь некоторые аспекты создатели могли попытаться 'обыграть' и в существующих рамках. Так, например, в книге немалую роль играет мотив постоянных возвращений Тэсс в родной дом - в родную обитель, все сильнее хиреющую, чахнующую, движущуюся к упадку и распаду, а также мотив вины и ответственности перед семьей, которые Тэсс возлагает на свои плечи (смерть лошади, начальная точка злоключений Дарбейфильдов, произошла именно из за невнимательности девушки). В фильме все это не выражено или выражено совсем слабо. Временами положение усугубляет мискастинг – вина в том не Настасьи Кински, чья Тэсс вполне убедительна, а скорее исполнителя роли Энджела - не чувствуется в киногерое той индивидуальности с набором ярко выраженных, хотя и во-многом противоречивых черт, что отличали его книжного прототипа.
И все же - это отнюдь не плохая экранизация. Нужно только сбросить груз высоких ожиданий - и перемахнуть через начало фильма, которое кажется каким-то неуместно торопливым - картина становится тем лучше, чем ближе приближается к финалу. По мере этого продвижения все больше отдаешься течению сюжетной канвы - несмотря на смерть упомянутых ожиданий, сама картина отнюдь не выглядит 'мертвой', не кажется выхоложенной и безжизненной. Здесь есть место удачным находкам - и практически полное отсутствие черт, что заставили бы усомниться в наличии у Романа Поланского мастерства или вкуса. И все же, это не классика, а неоклассика - именно такое слово красуется на местном постере 'Тэсс'. В музыкальном мире многие неоклассические произведения, хотя и оперируют зачастую тем же арсеналом выразительных средств, что и истинная классика, порой удостаиваются упрека в некоторой 'поверхностности', хотя и сохраняют благозвучность и притягательность, особенно для невзыскательного уха. Так и 'Тэсс' - пускай мы здесь не видим ни настоящего Поланского, ни подлинного Гарди, остережемся с упреками - они гораздо больше говорят о том, что мы хотели бы увидеть, нежели о том, какой на самом деле получилась эта 'Тэсс'.
7 из 10
7.5 млн 
1.9 млн 
650 тыс 
3